Досуг

Как рассказывать детям сказки

skazki     Когда моя дочь достигла сказочного возраста (три годика), оказалось, что без сказки на ночь засыпать она не хочет. А еще через три года подрос сын, и у него обнаружилась та же болезнь. В общей сложности семь лет рассказывал я сказки своим детям, и не всегда перед сном.

Когда у меня появлялось свободное время, оба приставали с одинаковым: «Па-а, расскажи сказку». За семь лет я рассказал им столько сказок, что всех и не вспомнить. Естественно, я накопил кое-какой опыт придумывания и рассказывания сказок и наблюдений за их восприятием детьми.
     Уверен, что сказки, так же как игры, детям совершенно необходимы. Причем дети гораздо больше любят, когда им сказки рассказывают, а не читают, пусть даже очень хорошие, превосходные сказки. Меня это удивляло попервоначалу: Даша и Егорка неизменно предпочитали мои доморощенные сказки моему же чтению сказок Андерсена, русских народных сказок, бразильских, народов СССР, индийских, братьев Гримм и т.д. Потом я понял, почему так. Понял также и многие другие тонкости такого индивидуального сочинения и рассказывания сказок. Обо всем этом мне и хотелось поведать, чтобы как можно больше родителей преодолели барьер непривычности, лени или усталости.
     Преодолеть этот барьер стоит, так как сказки приносят огромную радость детям, позволяют развить у них способности и любовь к устному рассказу и сочинительству. Даша, например, в десять лет вполне успешно заменяла меня, рассказывая нам с Егоркой сказки (правда, не каждый день, а по настроению), и, признаюсь, ее сказки бывали гораздо интереснее моих, наполненные необыкновенной фантазией и с очень оригинальными сюжетами и героями.
     Но прежде еще несколько общих наблюдений. Дети заметно предпочитают сказки, в которых главными героями являются они сами. В этом случае полно и ярко они переживают рассказываемые приключения. Ведь сказка для детей это игра, театр, где они актеры. Театр, обладающий полнотой иллюзии реальности. Им очень важно, чтобы в сказке они были такими, какими хотят себя видеть (рассказчик может, конечно, немного подправлять этот образ, постепенно формируя его в нужном направлении). При этом Егорке, например, очень важно, какие предметы с ним будут в его приключениях. Грузовик ли, и если грузовик, то какого цвета, какой марки и т.д. Такой желанный грузовик очень помогает въехать в сказку. А Даше грузовик не нужен ни в каком виде. Она обожает лошадей. Так что часто рядом с грузовиком скачет лошадь.
     Мир сказки для детей преемственен, в нем живут и постоянные герои. Так ведь и легче рассказывать, и теплее, дороже для ребят получается сказка. Каждый рассказчик должен, конечно, сам придумать такой сказочный пантеон. Это, пожалуй, самая творческая сторона всего многодневного рассказывания и слушания сказок. Дети могут и любят дорисовывать героев и придумывать им друзей. Это как раз и есть очень удобная линия их собственного творчества, по которой они очень охотно идут. Образы друзей лепятся постепенно, их характеры прорисовываются в приключениях и поступках. Постепенно создается целостный образ, и ребята при рассказе следят, чтобы он строго выдерживался, и всегда поправляют, если, по их мнению, в сказке происходит отклонение от образа.
     Если слушателей двое или более, то, вероятно, лучше чтобы у каждого из них был свой, наиболее близкий сказочный друг. Конечно, все они друзья, и все же один из героев наиболее близкий, интимный друг. В наших сказках самыми постоянными друзьями были мудрые и веселые гномы уже названные выше Тинток и Бишоп. Они братья и очень любят друг друга. Живут у нас дома в глобусе, который стоит на столе в ребячьей комнате. Рост их около сорока сантиметров, им по триста лет, они, конечно, бeccмepтны; на головах у них красивые колпаки. Тинток беззаботный, любит приключения и авантюры, немного хвастунишка, часто попадает в разные переделки, переоценивая свои силы и забывая в самый ответственный момент волшебное слово. Бишоп все знает, он мудрый и надежный, но очень рассеянный: может углубиться в свои колдовские, волшебные книги и не заметить чего-нибудь важного в окружающем мире.

     Очень существенно, чтобы в сказке была неожиданность. Наибольшим успехом у детей пользуются сказки, в которых злые герои попадает в комические ситуации. Их лучше не уничтожать, а побеждать, делая смешными, нестрашными. Иногда можно и превратить в хороших, но этого они просят и часто, по-видимому, для того, чтобы такая метаморфоза была желательной: к отрицательному герою должен быть как-то подспудно накоплен запас сочувствия. Упомянутая уже сказка про Ягморта пользовалась у моих детей огромным успехом (они знали ее буквально наизусть) именно благодаря умело построенной кульминации, когда младший сын охотника побеждает страшного лесного человека, запугивая его своим другом медведем. И вся эта сцена так прекрасно разряжает страшную ситуацию, что дети всегда долго смеются. Они прекрасно уже знают сказку, но это нисколько не умаляет ее прелести. Потому что в сказке для них главное для них не столько сюжет, сколько переживания. Для детей, напомню, сказка не история, а игра, театр без подмостков. Кстати, история и сказка у нас различались очень четко это два противоположных жанра, противоположных не по сюжетным характеристикам. История, прежде всего познавательный рассказ; здесь максимальны требования к подлинности того, о чем рассказываешь. Сказка иное: это волшебство перевоплощения. Дочь иногда просила кроме сказки рассказать и историю (путешествия, исторические события и т.д.), и я часто шел на это, так как когда устаешь, историю рассказывать много легче, чем сказку. Егорка никогда не променял бы сказку на историю и со всей своей энергией и эгоизмом добивался сказки. Даша могла иногда пожалеть отца и удовлетвориться историей.
     Как начинать сказку? Я считаю, что традиционное для многих народных сказок начало типа в тридевятом царстве, в тридесятом государстве очень неудачно для индивидуальной сказки, т.к. подчеркивает удаленность и отчужденность последующих событий. Детям это совсем не нужно. Ведь большая часть народных сказок для взрослых, а совсем не специально для детей. А у детей реальное и вымышленное совсем иначе соотносятся друг с другом, чем у взрослых. Непроходимой черты между есть и нет, может быть и не может быть у них не существует. Быль и небыль, есть и нет одновременно. Маленькая машинка, которой играл самозабвенно сын часами, возя ее по полу и дивану, увлеченно жужжа она и большая машина, и маленькая игрушка одновременно.
     По моим наблюдениям лучшим началом для сказок является начало с обыденного, постепенно, но достаточно быстро превращающееся в волшебное. Приведу примеры типовые варианты. Далее некоторые из них будут более подробно проиллюстрированы.
     Вообще говоря, не только в начале сказки-рассказа нужны кон-кретности, детали;. Рассказчик сам должен представлять себе лица, пейзажи и т.д., где и с кем происходят действия, и давать лучше краткие, но достаточно яркие подробности. Так слушателям легче вжиться и начать свою игру. Действующие лица пусть лучше говорят прямой речью.
     Несколько слов о сюжетах. Этот вопрос очень занимателен, он подробно и полно разобран в упомянутой уже книге Дж. Родари Грамматика фантазии . Поэтому orpaничусь лишь краткими замечаниями. Сюжетами для сказки могут быть приключения, путешествия (волшебные, научно-фантастические , географические, по времени, ил комбинации этих основных вариантов), классические сказочные сюжеты, детективные, рассказы о зверях, растениях, предметах одушевленных и т.д.
     Сюжетов на самом деле бесчисленное множество. Можно, например, построить сказку даже на рассказе о технологии какого-либо изделия (стекла, бумаги, асфальта). Дети, кстати, очень интересуются, откуда и как появляются окружающие их вещи, поэтому подобный рассказ, да еще в сказочной оболочке, пользуется, как правило, успехом. Для облегчения своей участи рассказчик может прибегнуть к телевизионному приему перейти на многосерийные сказки. Так, конечно, легче,но дети не очень любят, когда сказку обрывают на наиболее интересном месте. Для меня очень часто зацепкой для придумывания сюжета служит некий предмет: обычный и даже привычный, повседневно известный конкретный предмет, например, глиняный кувшин, стоящий на столе (а ведь в нем может оказаться волшебный эликсир, делающий человека невидимым или превращающий его в динозавра, или переносящий на Далекую Красную звезду, которую захватили роботы, поработившие милых оранжевых крабов-мимиков)... Или по-другому: арбузное семечко, оказавшееся в море, или перышко воробья, залетевшее в комнату, стеклянный шарик, светящийся голубым огнем, когда кого-нибудь обижают...
     Жанр устной индивидуальной сказки предоставляет огромные возможности для нравственного воспитания, так как позволяет учитывать конкретные запросы, особенности, недостатки данного ребенка в данное время. Например, по моим наблюдениям у детей 3-4 лет проявляется повышенный интерес к самым коренным вопросам нравственности (добро и зло) и философии (жизнь и смерть). Их жгуче беспокоит вопрос о смерти, и они чаще решают его оптимистически: я не умру, Пушкин не умер, динозавры где-то живы или их можно оживить.
     Естественное гуманистическое восприятие природы, бережное отношение ко всякому зверю и цветку, активное стремление сохранить, помочь природе очень легко можно ввести в душу ребенка через сказку. Одушевление в сказке каждого явления окружающего мира, приближение к человеку птицы, лягушки, зверя (ведь они умеют говорить) воспитывает у детей поэтическое восприятие мира... А когда научные и прочие конкретные знания наполняют мозг, они лягут на благостную почву ощущения единства с природой. Сказка позволяет, конечно, дать и много конкретных знаний о животных, растениях, знаний по географии, истории, литературе, психологии, о технологиях, приборах, научных открытиях и т.д.

Журнал MAGERIC MAGAZINE

Комментарии  

 
# женя 23.04.2014 07:31
А я всегда сам стараюсь придумывать и рассказывать сказки детям. Не всегда получается, конечно, но надо стараться и с опытом развивается и моя фантазия. Попробуйте